Андрей - врач-онкоуролог. Поговорили о том, почему рак – это еще не приговор, с этой болезнью можно жить и можно бороться. Чем так привлекают пациентов народные целители, стоит ли ехать лечиться за границу, обсудили плюсы и минусы отечественной медицины. 

 

 

Что такое рак? - это генетическое заболевание. Существуют мутанты, про которых снято немало фильмов: был нормальный человек, а потом бац и превращается в мутанта. Вот раковые клетки - это такие же мутанты. Сама раковая опухоль тоже хочет жить, для нее человек – это носитель. Как грибы-паразиты на деревьях. Они растут и выжимают из дерева все соки, пока оно не умрет. Так же живет и рак. Почему человек худеет при онкологическом заболевании? – потому что эта опухоль жрет гораздо больше, чем человек. Раковые клетки делятся и очень быстро растут. Если человек вырастает до своего нормального роста лет за семнадцать, то некоторые опухоли могут вырасти и за месяц. Им нужно очень много питательных веществ.

Из-за чего возникает рак? Из-за наследственного фактора, когда у родителей были какие-то мутации. Из-за внешних факторов: окружающая среда, химическое воздействие, радиация. Я принимал пациентов из зоны Чернобыля, у которых было 3-4 рака одновременно. Факторов очень много. Но сейчас науке все больше открывается. Мы выявляем больше генов, больше механизмов влияния на них. Например, если у женщины есть мутация в гене BRCA, то вероятность того, что в течение жизни у нее возникнет рак молочной железы, составляет порядка 50 процентов. Анжелина Джоли недавно удалила у себя две молочные железы, потому что у нее выявили мутацию в этом гене. Я не уверен, что это правильно, но это уже другой вопрос. Есть люди, у которых мутации нет, а рак все равно возникает…

Во многих странах, а в нашей особенно, человек считает, что рак – это приговор. Более того, очень много врачей, которые постоянно не сталкиваются с этой болезнью, думают точно так же. Но современная медицина очень быстро развивается. Если раньше новые открытия происходили раз в 10-15 лет, то сейчас они случаются ежегодно и их достаточно много. Подобные открытия очень сильно влияют на медицину, и мы учимся лечить то, чего не могли раньше.

Были исследования о раке, которые показали, что чем меньше уровень образования у людей, тем выше смертность от этой болезни. Почему? – потому, что человек, который умеет рассуждать, способен искать информацию, анализировать, понимает, что лечиться можно и нужно. Да, страшно. Даже если врач, который знает, что это излечимо, услышит такой диагноз, ему тоже будет страшно. Но он пойдет лечиться, потому что понимает – иначе будет хуже. Человек необразованный, который воспринимает все на веру, услышал, где-то, что от рака мучительно умирают и врачи не могут помочь, в это поверит и лечиться не пойдет.

Конечно, при лечении может быть много побочных эффектов: слабость, тошнота и так далее, но с этим можно бороться и можно жить. Бывает, что на одной чаше весов стоит качественная нормальная жизнь, а на другой мучения и боли. Но люди ошибочно думают, что на той чаше весов, где нормальная жизнь, - там лишь облысение и тошнота…

Нужно образование. Нужно менять восприятие. Банально плакаты - люди едут в метро  и часто читают, что на стенах поезда написано. Если там будут висеть плакаты: «Рак простаты излечим» или «рак почки излечим» или «идите обследуйтесь, и если рак выявят на ранней стадии – все будет хорошо» - это повлияет на них.

Я помню, в Италии видел на автобусе плакат - нарисовано сердце в подарочной обертке и надпись: «Подпишите карту о донорстве», то есть, согласитесь быть донором. Человеку выдают карточку донора, которую он всегда возит с собой. Если этот человек умирает, его быстро везут в морг, вскрывают и извлекают все органы, которые можно отдать другим людям. В плане сдачи крови то же самое. У нас появляются объявления об этом только после совершенного теракта. А когда терактов нет, это ведь не значит, что кровь не нужна.

Однажды у нас я тоже увидел хороший плакат: «Если человека нельзя вылечить, это еще не значит, что ему нельзя помочь». Это правильно. Даже если у человека рак в четвертой стадии – помочь ему можно. И потом стадия стадии рознь. Бывает, что действительно нельзя вылечить, а бывает, что и на четвертой стадии можно на длительный срок продлить человеку жизнь с хорошим качеством этой жизни. Врач может помочь. Как минимум обезболить. Как минимум сохранить качество жизни. Понятно, что страшно. К стоматологу тоже ходить страшно. Все новое – страшно. Но нужно понимать, что гораздо страшнее умирать от рака, который не лечат.

Проблема современной медицины в информировании людей. Беседе с больным уделяется очень мало времени. Возможно, это идет из европейской или американской системы, где подобная практика в принципе не принята, однако в отечественной медицине было изначально заведено это общение, и мне кажется это правильным. Врач лечит словом.

Когда человеку ставят диагноз «рак», и он впервые приходит ко мне, он же ничего не понимает, а самое страшное для любого человека – это неизведанное. В голове сразу рисуются фатальные сцены: безысходность, мучения, боль, смерть. Мучительная смерть. Между тем, ко многим онкологическим проблемам современная медицина относится уже как к гипертонической болезни или сахарному диабету. Это заболевания, с которыми можно жить. Просто нужен определенный набор процедур, чтобы не дать заболеванию развиваться.

С человеком нужно общаться. Я считаю, что любой пациент должен знать, что с ним происходит, какие есть варианты лечения и к чему каждый из этих вариантов может гипотетически привести. Не надо говорить: «вы умрете» или наоборот: «ничего страшного, мы вас вылечим». Необходимо объяснить, как именно вылечим, что мы будем делать, чего человеку ожидать. В рамках любого лечения, даже самого безобидного, иногда случаются осложнения. Если человек не знает, что это за осложнения и сталкивается с ними, у него сильно ухудшается психологический фон. Он думает: все плохо, это конец, хотя небольшие осложнения абсолютно не страшны и находятся в рамках нормы. Поэтому так важно информировать людей и честно обо всем рассказывать.

Когда человек приходит ко мне, я уже вижу по глазам, какое будущее он себе рисует. Двадцать-тридцать минут с этим человеком поговоришь, и он выходит совершенно другим. Он верит. Конечно, с разными людьми нужно говорить по-разному. На кого-то нужно немного надавить, кого-то наоборот погладить по головке. Любой врач должен быть  немного психологом и понимать, как разговаривать с пациентом. От этого многое зависит даже в плане лечения.

Нужно понимать, что пациент доверяет специалисту самое ценное, что у него есть – здоровье и жизнь. А если он видит, что врачу по фигу…Ну вот представь, что ты взял самое ценное, что у тебя есть, какие-то сокровенные мысли, пришел к человеку и поделился ими. А он равнодушен: да,  ОК, только у меня времени мало, вон за дверью еще страждущие ожидают своей очереди поведать мне самое сокровенное… Естественно, ты потеряешь веру в такого человека. Часто ведь пациенты рассказывают врачу то, что не расскажут никому другому. Приходят муж с женой, и муж при жене не может рассказать что-то – настолько это для него личное! А врачу рассказывает. Нужно показать сопричастность к человеческим проблемам, тогда он в тебя поверит, и будет прислушиваться к твоим рекомендациям.

Сейчас врачи поставлены в такую ситуацию, что у них нет времени беседовать. Причем эта беседа должна продолжаться не 15-20 минут, не час, не три часа – а столько, сколько нужно для того, чтобы человек получил нужную информацию и был настроен на лечение. Это определяется не временем, а личностью каждого человека. Важно направить пациента на тот путь, чтобы он боролся! Чтобы люди сами себя лечили, потому что лучше нас самих этого никто не сделает. Мы можем получать самую дорогостоящую, высококвалифицированную помощь, но если мы при этом не хотим лечиться – мы не вылечимся.

Психология – очень важная вещь. После любой операции существует период восстановления. Если человек будет просто лежать валуном и ничего не делать, считая, что он умирает – не есть, не пить, не ходить, то, к сожалению, он долго не протянет. Если ты думаешь, что умираешь, все проявления своей физиологии ты будешь воспринимать как умирание. Твой мозг, твой организм, все твое сознание будут настроены на то, что смерть близка и выжить в такой ситуации достаточно трудно. 

Почему так популярны народные целители, экстрасенсы? – они убеждают человека, они с ним говорят. Они тратят час, два. Они все прекрасные психологи. Прежде, чем рассказывать человеку про свой метод, они его очень сильно узнают. Что это за человек, какая у него личность,  на какие точки можно надавать, а в каких местах его не согнуть. Тем самым они притягивают его к себе. То же самое должен делать и врач.

Я не исключаю, что некоторые из этих целителей и правда могут обладать какими-то умениями и помогать людям. В конце концов, есть Библия. Можно считать ее сказкой, но, тем не менее, ее же написали, значит, наверное, что-то такое было. Тут вопрос подхода. То, чем не занимаются врачи, будет заниматься кто-то еще, те же целители. Мы приходим в магазин покупать кроссовки, и менеджер сделает так, что мы эти кроссовки купим. Вот такими же должны быть и врачи. Приходит пациент, и мы должны убедить его лечиться.

Целитель проводит пару раз руками, и вроде как через месяц ничего не изменилось, через два стало чуть похуже, через три еще чуть похуже, но целитель говорит: все отлично, все так и должно быть. А врачи, хотя их методики в большинстве случаев реально работают, не умеют так говорить, не находят на это времени, не считают это нужным. Причины банальны. Мало платят; много пациентов, но мало времени; нехватка врачей. Каким бы хорошим врач не был, он не может с 9 утра до 12 ночи общаться с больными. У него есть семья, дом, у него тоже может быть плохое настроение.

Еще одна проблема нашей медицинской системы - в ней нет конкуренции. Сейчас государственные клиники львиную долю своего бюджета получают от государства. Они получат его в любом случае, и поэтому деньги часто уходят не туда или расходуются нерационально. Если бы руководство этих клиник понимало: нам никто не поможет, если мы не заработаем эти деньги, тогда они сделали бы все возможное, чтобы больше людей к ним приходило, чтобы людям было комфортно.

Да сделайте вы хотя бы нормальное место, где пациенты ожидают врача, чтобы ему не приходилось сидеть в каком-то полупроходном месте. Он должен находиться в комфорте. Почему я прихожу в автосервис, и там водичка стоит, кофе можно заварить бесплатно, а в государственных клиниках этого нет? Вообще все клиники должны быть частные. Тогда ими будут руководить не какие-то непонятные люди по назначению, а качественные менеджеры. Появится конкуренция, каждая клиника будет стремиться работать лучше, а не просто получать деньги из бюджета. Тогда улучшится и качество.

В Штатах, в Европе очень хорошо развита система первичной медицины. Грубо говоря, есть участковый терапевт (у них  это называется семейный доктор). Он наблюдает за человеком, знает, что с ним происходит и в нужный момент направляет его к специалисту. У нас эта система в достаточно сильном упадке. Куда идет человек, когда у него что-то болит? – в районную поликлинику, к участковому врачу. Какова вероятность, что врач за отведенное ему время, все верно диагностирует и направит его в то место, где ему гарантированно помогут? Зачастую, если у человека нет каких-то родственников и знакомых среди врачей, которые скажут – иди к этому специалисту, он хороший - то велика вероятность запустить свое заболевание. По идее участковый врач должен очень много знать. Быть гораздо умнее, чем супер-мега ученый, работающий в каком-нибудь институте. Это должен быть очень опытный человек, точно знающий, где его пациенту смогут помочь.

Между тем, в наших хороших клинических центрах делают операции на том же уровне, что и в Европе. Мы знаем свои результаты лечения, мы можем их сравнивать с теми результатами, которые есть в Европе или США (эта информация открыта). Исходя из этого, мы понимаем, что наши результаты не хуже. Да, у нас похуже условия пребывания в больнице, но лечение на том же уровне.

Проблема с лечением онкологии за границей в том, что люди уезжают туда и думают: там отличная медицина, меня вылечат, и я буду здоровым. Но после любой онкологической операции есть риск рецидива. В медицине не существует стопроцентных гарантий. Для того, чтобы в случае рецидива человек не умер, он должен наблюдаться и для этого существуют довольно строгие стандарты. Я часто сталкивался с тем, что люди сделали операцию за рубежом и считают, что все отлично и больше ничего не нужно. Они не наблюдаются, а у них уже четыре года назад возник рецидив, о котором они не знали. Через пять лет он проявляется, человек приходит к нам, а сделать уже ничего нельзя...

Конечно, в Европе, в той же Германии, к примеру, средний уровень медицины выше, чем у нас. Там лучше работает вся система, которая, скорее всего, исключит плохого или нечестного врача. Но что такое средний уровень? Как нам говорил один преподаватель в университете: «Я вам не ставлю тройки, потому что вы же не хотите, чтобы вас лечили удовлетворительно». У нас система удовлетворительная, а может, даже пониже, а в Германии она хорошая. Но там точно так же есть разные врачи и разные клиники. И если в России у человека есть возможность задействовать какие-то связи и найти кого-то по рекомендации, то в случае с Германией сделать это будет проблематично.

К тому же, надо учитывать, что на этом сейчас многие зарабатывают, это так называемый «медицинский туризм». Люди уезжают, с них берут огромное количество денег, причем из этих денег процентов 50 уходит посредникам. Есть люди, которые могут себе это позволить, а есть те, кто продает ради этого квартиру, хотя в России мог бы получить то же самое лечение, но без подобных жертв.

Сейчас активно развивается телемедицина. Я подписан на большое количество рассылок из Европы. Европейское общество урологии, онкологические сообщества регулярно присылают мне на почту выдержки из новых статей. Я могу присутствовать на всех конгрессах, не появляясь там физически – они транслируются по скайпу, и я могу ознакомиться со всей информацией, которая там обсуждалась. Это доступно и это нужно развивать дальше. Не каждый человек будет открывать сайт и выискивать там что-то новое. А если есть такой сервис, который к тому же работает бесплатно и раз в неделю сам присылает тебе что-то новое – это здорово! Причем не просто новое - все материалы отбирает коллегия врачей, эксперты мирового уровня. Пролистал - и ты в курсе всех новейших разработок.

Врач всегда должен заниматься своим образованием. Он не должен думать: мне 40 лет, я научился делать это и это – все, дальше я буду продолжать делать то же самое и ничему новому учиться не стану. Так невозможно. То, что актуально сейчас, уже лет через пять может стать устаревшим методом лечения. Пока ты работаешь в медицине – ты должен учиться. Как только ты перестаешь учиться, тебе лучше уйти из этой профессии. 

Подписка на репортажи:

Следите за нашими новыми репортажами в социальных сетях