Обсудили с Вероникой, как найти контакт со своим ребенком, выстроить с ним здоровые, доверительные отношения. Какие ошибки чаще всего допускают мамы и папы. Поговорили о детской ревности и о том, как подготовить ребенка ко взрослой жизни. 

Давайте начнем с общего вопроса. Какие ошибки чаще всего совершают родители в воспитании детей. Что делать точно не следовало бы, но многие почему-то делают?

Как мне кажется, самое сложное для родителей – увидеть в ребенке отдельного человека. Понять, что это не часть тебя, не часть образа, который ты себе представляешь, а другой человек, который может быть совершенно не похож на тебя. Возможно, головой люди это понимают, но когда доходит до дела, и включаются эмоции, отследить это бывает чрезвычайно сложно.

Вот буквально недавно у меня была консультация с одним папой, который очень злился на своего сына за то, что тот, как казалось папе, не занимается делом, а играет в компьютерные игры. Папа пытался добиться от сына, чтобы тот учился, нашел себе занятие, которое удовлетворяло бы отца. Пытаясь выбить из сына то, что ему нужно, отец дошел до крайней степени ярости и бессилия – когда ребенка хочется пусть даже сломать, но заставить сделать так, как нужно родителю.

Я понимала, что не имеет большого смысла рассказывать папе о том, что его сын — это отдельный человек, и стала спрашивать о его мотивах. Выяснилось, что у него очень много страхов и недоверия к ребенку. И он полностью переложил на ребенка всю ответственность — что это ребенок такой плохой и живет не так, как должен. Папа совсем забыл, что его сын с раннего возраста занимался с репетиторами и попросту не отыграл свое детство, и сейчас компенсирует то, что когда-то недополучил. Папа ожидал, что его сын будет жить и поступать так, как поступал он сам в его годы. Это так называемая проекция, когда мы ожидаем от ребенка, что он будет таким, как мы.

Я и свой опыт вспоминаю. Мне так хотелось, чтобы мои дети не страдали, чтобы им было хорошо, что я скорее действовала от обратного. Мне запрещали — а я им разрешаю, мне не давали — а я даю. И это тоже такая проекция себя страдающего и попытка возместить что-то свое через ребенка. Но и такое поведение — не лучший вариант. Когда ребенок получает то, что ему не положено, что ему не принадлежит – он рано или поздно понимает, что родитель в контакте не с ним, а с кем-то другим.

Так что, конечно, самое сложное – это увидеть ребенка с его отдельными нуждами, желаниями, интересами и быть достаточно мудрым для того, чтобы обеспечить ему пространство для развития. А с другой стороны – выстроить и разумные границы. Запреты должны быть, но они не должны быть удушающими.

А разумные запреты – это, например, какие?

Все знают про разумные запреты, касающиеся безопасности. Нельзя перебегать дорогу на красный свет, хватать горячий утюг и так далее. Но есть и другие запреты, про которые говорят гораздо меньше. Например, родитель вправе выбрать в какой-то момент себя и свои нужды. Родитель имеет право на отдых, имеет право не играть с ребенком, если он устал. Он вполне может потратить деньги на себя, а не на ребенка.

Хорошо бы, чтобы все действия родителей в отношении ребенка были осознанными. Осознанность – это ответственность, когда родитель вслух может это озвучить и преподнести именно как разумное ограничение. Например: «я сейчас хочу отдохнуть, поэтому ты можешь поиграть с братом или с папой, а мы с тобой поиграем, когда я отдохну». Это очень важный запрет: родитель здесь не жертвует собой, он уважает свои интересы, но и озвучивает это очень ответственно. Не говорит: «ты мне мешаешь» или «ты слишком много хочешь, и я не могу тебе этого дать», когда идет перекладывание ответственности на ребенка. Вместо этого родитель заявляет: «да, я выбираю сделать то-то и то-то в данный отрезок времени, но это не значит, что я покидаю тебя. Я к тебе вернусь, когда восполню свои силы».

Такие запреты очень важны, поскольку ребенок видит твердую родительскую власть, на которую всегда можно опереться. Внутри появляется какая-то опора, уверенность, мол, они знают, что делают, значит, они обо мне позаботятся. Во-вторых, появляется понимание, что ты находишься в контакте с другим человеком, и у него тоже могут быть свои нужды и потребности. Это понимание очень важно для будущих отношений ребенка с людьми, с социумом.

Существует такой стереотип, что дети – это всегда радость и счастье. Но ведь дети иногда бесят – они не слушаются, они не дают отдохнуть, когда мы устали и так далее. И если родители проявляют агрессию, они потом места себе не находят, ругают себя последними словами за несдержанность. Вот с точки зрения психологии – злиться на ребенка – это нормально?

Мне, конечно, очень хочется ответить: «да, нормально», но это сильно зависит от ситуации…Представим себе маму, которая жертвует собой ради ребенка. Она что-то себе не позволяет: отдохнуть, сходить на СПА, тратить деньги на личные нужды, потому что ей очень важно дать что-то малышу. Но в какой-то момент у нее наступает предел, и она начинает срываться на ребенке. В этом случае агрессия является не следствием того, что ребенок виноват, а просто мама не очень рассчитала свои силы. В этом случае я рекомендовала бы родителю честно взглянуть на себя, признать: да, я не всемогуща, не всесильна, у меня тоже есть свои потребности. И выстраивать свои отношения с ребенком в соответствии с этим.

С другой стороны…среди нас очень много травматиков. Если говорить честно, мало кто с нами в детстве разговаривал, пытался нас выслушать, понять. И у многих срабатывают какие-то внутренние паттерны: очень трудно дать другому то, чего не дали тебе. С помощью терапии наше пространство расширяется: мы начинаем позволять что-то себе, и уже затем позволяем другому. Тем не менее, каждый из нас все равно имеет какие-то ограничения. Если честно их признать, тогда и агрессии будет намного меньше. Например, я могу играть с ребенком час. Больше – нет. И если в этом честно признаться, то не возникнет перебора, когда человек отдал больше, чем мог.

В одном из последних постов в Фейсбуке я писала, что злость в нашей семье – это естественное явление, близкие люди имеют право друг на друга злиться. Мы делим одну территорию, принимаем решения, где чьи-то интересы реализуются больше, а чьи-то меньше. И я могу выдержать какое-то количество злости от своей дочери. Но не бесконечно. Когда я чувствую, что у меня уже перебор, я говорю прямо: «все, больше не могу. Я иду в ту комнату, ты идешь в другую комнату. Встретимся и поговорим снова, когда эмоциональный накал спадет». То есть, у меня есть ограничение: я не могу терпеть злость бесконечно. И вот чем лучше родитель знает себя и свои ограничения, тем легче ему организовать отношения с ребенком. Злость является очень важным регулятором того, что происходит в отношениях. Ну а как еще выразить свое недовольство происходящим?

А еще злость (я имею в виду естественная, сиюминутная злость, а не какая-то накопленная ярость, когда человек долго что-то терпел и выплеснул) — это показатель здоровой реакции на фрустрацию. Если у человека злость подавлена – скорее всего, это повод обратиться к психотерапевту. Злость – очень важный показатель автономности. Только автономный человек позволяет себе злиться.

Если в семье появляется второй ребенок, то первый, как правило, начинает испытывать ревность. Как этого избежать?

Одно время я считала, что можно сделать так, чтобы старший ребенок не был травмирован этой ситуацией. Это иллюзия. Старший ребенок вынужден делить пространство с новым челном семьи и, между прочим, это не он принимал решение, чтобы этот новый член семьи появился в доме — это, извините, решение родителей. А ему нужно с этим как-то жить. Ничего нельзя поделать с тем, что мама занимается больше младшим ребенком, так уж заведено.

Старшему ребенку легче справиться с этой ситуацией, когда его недовольство признается естественным и нормальным. Например, он проявляет какую-то злость по отношению к младшему, а его не стыдят за это, не запугивают, а пытаются с ним поговорить. Признают: мы понимаем, что ты злишься, ты этого не хотел, но мы с папой очень хотели. И мне кажется, это признание, что мы знаем о твоих переживаниях, понимаем их, и в чем-то даже тебе сочувствуем – оно поможет старшему ребенку проще отнестись к ситуации. Здесь нужно разделить чувства и действия. Ты имеешь право на злость, но обижать младшего нельзя.

Старшему ребенку важно быть услышанным. Он должен понимать: все, что происходит с ним – это нормально. Он не плохой, не злой мальчик или девочка, а да, он действительно что-то потерял, прежде всего, свое первенство. Но он все равно нужен и очень любим. И нужно подтверждать это своими словами и действиями.

Я, например, очень поощряла какие-то эксклюзивные права своего старшего сына. В отличие от младших детей он мог раньше что-то выбирать: он первым получил свою отдельную комнату, деньги на карманные расходы и так далее. То есть компенсировать определенные неудобства какими-то достоинствами по праву старшинства.

Многие родители едва ли не с пеленок озабочены развитием своего ребенка. Какие-то кружки, секции, дополнительные занятия и прочее. Как вы считаете, насколько это ребенку необходимо?

Ребенку это не нужно – это нужно родителям. Сейчас у нас век нарциссизма, и вот все эти кружки – это проявление нарциссизма в чистой виде: мол, мой ребенок уже с пеленок умеет читать, имеет черный пояс по карате и так далее. Я тоже этим болела, но, слава Богу, выздоровела, чему очень рада! Почему? – потому что в противном случае происходит то, что и у того папы, про которого я рассказывала в начале интервью. Он тоже своему ребенку вроде дал все, что мог: репетиторов по всем предметам, плюс английский, еще и бокс и был страшно горд собой! Ребенок видел, как папе это нужно, и поначалу подстраивался, но силенок-то нет, не тянет он…У каждого есть свои ограничения, и это миф, что мы можем все и нам не нужно спать, есть, отдыхать…

Хорошо бы дождаться, когда у ребенка появится собственная мотивация, а она у него обязательно появится. Особенно, если родители сами чем-то увлечены: папа – рыбалкой, мама рисует или танцует, а еще они всей семьей ездят на шашлыки, общаются с друзьями. Ребенок присматривается и выбирает что-то для себя. Конечно, ему можно что-то и подсказать, предложить, почему бы и нет? Но если ребенку не нравится, то вряд ли стоит настаивать.

Иногда мне говорят: но ведь должна быть какая-то воля, навыки преодоления. Это правда. Но не нужно забывать, что волевые процессы включаются не раньше 7-8 лет. До этого никакой воли просто не существует, потому что мозг еще недостаточно развит. До этого возраста увлечения должны базироваться исключительно на интересе. Все, что связано с волевыми усилиями, мол, он преодолеет, станет настоящим мужиком – это все происходит за счет внутренних ресурсов. Это не пройдет даром, и обязательно аукнется в будущем.

Так что пусть ребенок пойдет в первый класс, школа кстати очень хорошо развивает волевые процессы: там нужно сидеть, слушать учителя, не отвлекаться. Этого более, чем достаточно. А когда приходит время – дети нагоняют. Если, конечно, этот ресурс не был «сворован» раньше времени.

Я сейчас смотрю на старшего сына, ему 16 лет. Он спокойно тянет репетитора по английскому и немецкому, учится, ходит в качалку, играет с ребятами в бильярд, и я ни разу не слышала, чтобы он жаловался, как ему тяжело. Я думаю, это произошло именно потому, что он оказался загружен в то время, когда его ресурсы уже были достаточно развиты.

Вероника, вы говорили про собственную мотивацию у ребенка. А в каком возрасте она проявляется?

Она у него есть всегда, просто поначалу она проявляется в том, что ребенку хочется играть, и через игру он осваивает ранние этапы более взрослой мотивации. Потом начинается школа, и нужно время, чтобы привыкнуть к ней, адаптироваться. А вот затем, классе во втором, третьем или четвертом уже можно что-то предлагать ребенку попробовать.

Сейчас многие дети повально сидят в планшетах, компьютерных играх вместо того, чтобы погонять мяч во дворе. Как вы считаете, является ли это проблемой или это просто реалии технического прогресса и все идет нормально?

Наши дети живут в такую эпоху. Для них – это просто реальность, как снег или дождь, и они не видят в этом никакой лени, эгоизма. Они пришли в этот мир, когда все это уже было. Поэтому, возможно, они не очень понимают, а чем мы, собственно, недовольны?

Но иногда зависимость от игр или интернета свидетельствует о проблемах в семье. Опять же, пример про папу, к которому я уже не в первый раз возвращаюсь, – там как раз ребенок сидел в интернете и постоянно играл. Почему? – да он просто отыгрывал то, что не отыграл в свое время. Проблема? – да, безусловно. Но это проблема не игр или планшетов – это проблема отношений. Как говорится: нечего на зеркало пенять, коли рожа крива. Разберись сначала с отношениями, посмотри, что происходит в семье.

Существует мнение, что детские сады и школы – это одна сплошная уравниловка, индивидуальность ребенка там особенно никого не интересует. Как этому можно противостоять?

С одной стороны, это очень важный этап для ребенка, когда он выходит из маленькой семьи в большой социум и видит, что мир состоит из разных людей. С другой стороны, хорошо бы, чтобы эта среда не была травматичной.

Что касается индивидуальности, я думаю, самое главное, чтобы ребенок чувствовал себя важным в семье. Тогда он сможет перенести отсутствие этой индивидуальности в коллективе. Это в принципе очень полезная прививка: не всегда нам будут рукоплескать и говорить, какие мы замечательные. Но важно, чтобы не было другой крайности, когда эту индивидуальность стирают с особой жестокостью и садизмом.

Наверное, нужно выбирать заведение не формально, а хорошо разобраться в этом вопросе. Я, например, выбрала для своих детей Вальдорфский сад. На мой взгляд, это лучшее, что есть сейчас в плане развития индивидуальности. Там уделяется большое внимание эмоциональному контакту с детьми, и это здорово, потому что очень часто грешат интеллектуальным развитием в ущерб эмоциональному. А чем дети младше, тем важнее для них именно эмоции, ритуалы, сказка.

Что касается школы, то в целом – это какая-то кровоточащая рана. У меня все дети школьники и то, что до меня от них доходит… В общем, ничего утешительного сказать не могу. Программы пишутся как будто бы не для детей: не интересно, оторвано от жизни, нет никакой мотивации учить всю эту теорию. К сожалению, школа сейчас – это какая-то принудиловка. Есть и свои плюсы, но минусов, к сожалению, гораздо больше. У меня такое ощущение, что школа – это то место, которое нужно просто пережить, и здесь семья действительно очень помогает.

Многие подростки переживают переходный период, бунтуют, выражают протест против общества, системы, ставят под сомнение авторитет своих родителей. Как общаться с ребенком в такой период? Как ему помочь или лучше вообще оставить в покое?

У меня был один ярко выраженный момент со средним сыном, когда он как раз вступил в подростковый возраст. Вот буквально вчера мы с ним общались, обсуждали какие-то вещи и вдруг на следующий день он запирается в своей комнате, и все – и мне туда вход закрыт. И на следующий день, и через месяц, и через несколько месяцев…И я понимаю: наше замечательное золотое детство, где мы были очень близки, закончилось. Это была скорее работа для меня, мне было тяжело. Это то самое отпускание, когда было что-то очень трепетное, драгоценное, но оно ушло. У меня не было никакого желания его удерживать, я скорее пыталась справиться со своими чувствами.

Но мы потом все-таки поговорили, я рыдала, говорила, как мне его не хватает. А он мне ответил: «Мама, я уже вырос. Я не нуждаюсь в тебе так, как раньше. Но я тебя все равно очень люблю»…Это был бесконечно важный разговор, и я поняла, что он остался у меня, но он теперь другой и отношения у нас будут другими. Через какое-то время я увидела и преимущества. Он стал более ответственным, более взрослым, это было потрясающе.

Что касается младшей дочери, то она сейчас в подростковом возрасте. Много сердится, бунтует. Но опять же, я бы не сказала, что мне это как-то очень тяжело перенести. Многое зависит от родителей, насколько они готовы принять перемены. А перемены эти неизбежны. Нужно смириться с тем, что ребенка придется отпустить и не ставить ему ультиматумов: ах, ты так, а я тогда вот так сделаю! Это не взрослое поведение.

Родители должны быть готовы к тому, что будет происходить. Тогда эта сепарация произойдет здоровым образом, к удовлетворению обеих сторон. Возможно, стоит обратиться за поддержкой к специалисту. Я, например, жаловалась своему психологу. Две недели жаловалась, плакала, а потом меня отпустило.

Не считаете ли вы проблемой, что пока большинство отцов на работе, воспитанием мальчиков занимаются женщины – мамы, бабушки и няни. В результате, эти мальчики так и не могут стать полноценными мужчинами – брать на себя ответственность, решать проблемы, быть надежной опорой?

Однозначно, такая проблема есть. Что видит мальчик? – что мужик — это человек, который ходит на работу и зарабатывает деньги. Он этот образец перенимает и потом тоже совершенно не представляет, как контактировать со своими детьми. И так происходит из поколения в поколение.

Мальчику невозможно стать мужчиной без мужчины рядом, как и девочке невозможно стать женщиной без матери. Если папа не отбрыкивается, мол, я зарабатываю и выполняю свою гендерную роль, отстаньте от меня, если он заинтересован в отношениях, то для мальчика это бесконечно важно. Но, что самое интересное, это бесконечно важно еще и для папы. Мы все время беспокоимся о том, что чего-то не додаем ребенку, но не задумываемся, чего мы, как родители, сами недополучаем.

Я вижу, как мой муж взаимодействует с сыновьями, и однозначно могу сказать, что я не смогла бы создать для них такого пространства. Лет с пяти они вместе ездят на рыбалку, у них там самый настоящий мужской клуб. Они ловят рыбу, чешут свои анекдоты, живут в трудных условиях в палатках. Это очень важно в наше время, когда все ритуалы, все эти мужские инициации потеряны. И это тоже какой-то вид инициации. Дети прекрасно ощущают себя рядом со взрослой отцовской фигурой. Он их чему-то учит, что-то рассказывает, делится секретами. Но это также важно и ему, как и любому другому мужчине.

Когда мы что-то отдаем, вкладываем в следующее поколение – это очень окрыляет нас самих. Мы обретаем свой особый смысл – делимся мудростью. Детям, и мальчикам в частности, важно уважать своих родителей, считать их авторитетом. Реализованный, успешный и ответственный отец, умеющий выстраивать отношения с сыновьями, способствует тому, что у сыновей укрепляется их мужская идентичность. Так уж заведено: сначала дети опираются на родительские достижения в самом широком смысле этого слова, интегрируют ее как образец для жизни, а потом выстраивают свою жизнь, опираясь на то, что получили и усвоили.

Мальчику очень важно, чтобы папа признал его как человека достойного и способного. Вот эта вот уверенность «я на что-то способен» — это просто огромная мотивация для успеха в жизни! Мальчику очень важно оставить это как наследие и обращаться с этим очень бережно. Вселить в него уверенность: у тебя обязательно получится! А если не получилось, то помочь разобраться с ошибками и найти способы их исправить. Высокие требования, разочарования, критика отца без веры в сына может подрезать ему крылья навсегда.

Вообще, взращивать мужчину – это очень интересно. Если бы я была отцом, я бы, наверное, ловила кайф. Но у меня своя роль, и роль матери для мальчика тоже очень важна. Задача матери – передать ребенку нежность, тепло, любовь. Отец поддерживает по-другому, он мотивирует, «ты сможешь» — вот это послание отца. Хорошо бы, если бы каждый из родителей занял свое место и не претендовал бы на место другого.

Если родители расстаются, как сделать так, чтобы эта ситуация не травмировала ребенка? Ну или по крайней мере как-то минимизировать проблемы.

Очень актуальный вопрос. Зачастую родители, находясь в своих каких-то сепарационных процессах, в обиде, недовольстве, разочаровании, — совершенно не замечают ребенка. А ребенок действительно очень страдает. Ему нужны и мама, и папа, ему нужны гарантии, что он не потеряет никого из родителей. Поэтому когда крадут друг у друга детей или не разрешают общаться с одним из родителей – это самый ужасный вариант, который только можно придумать. Мир ребенка раскалывается.

В идеале нужно разделить: вот это наши с тобой отношения как мужа с женой, что-то у нас получилось, что-то не очень и сейчас, видимо, отношениям пришел конец. А есть отношения мои с детьми и твои с детьми. И мы, разбираясь друг с другом, должны сохранить отношения с ребенком, потому что это другой человек. Он не часть меня, он не часть тебя. Это отдельная личность, и он нуждается в нас обоих.

Я когда-то думала, что развод – это какой-то ужас, кошмар, но сейчас я понимаю, что это вполне естественное решение, когда отношения себя исчерпали, и люди дали друг другу все, что могли. А дальше уже стагнация и загнивание. Поэтому честнее расстаться, поблагодарить друг друга, мол, мы сделали все, что могли, но теперь каждый пойдет своей дорогой.

Но это не имеет никакого отношения к детям, потому что не бывает бывшего папы или бывшей мамы – они навсегда. Сохранить пару родителей – очень важно. Признать, что мы родители, и нам придется какие-то вопросы решать сообща, договариваться о чем-то. Если это происходит, то считайте, что на 70%, да, пожалуй, даже на все 90% проблема решена.

Ребенку важно видеть, что мать с отцом сохраняют здоровые отношения. Да, у них прошла любовь, но они не воюют друг с другом и могут спокойно о чем-то договориться. Больше ничего и не нужно. Ну, разве что, проговорить эту ситуацию с ребенком, узнать о его чувствах, дать ему возможность высказаться, выразить свое разочарование.

Подписка на репортажи:
Следите за нашими новыми репортажами в социальных сетях. Мы в ВК и в ФБ

Если вам понравился материал, и вы хотите поддержать наш проект, это можно сделать следующим образом:

Карта Сбербанка: 4276 3800 7793 4011
Карта Альфа банка: 4154 8120 1580 7518
Яндекс кошелек: 41001149513314

Спасибо!